О людях

  • « к списку

    Беляев Александр Николаевич

    Беляев Александр Николаевич

     
    Заведующий труппой
  • Александр Беляев в проекте Зазеркалье

    Александр Беляевв проекте «Зазеркалье»
    Александр Беляевв проекте «Зазеркалье»
    Александр Беляевв проекте «Зазеркалье»
    Александр Беляевв проекте «Зазеркалье»
    Александр Беляевв проекте «Зазеркалье»

Человек на своем месте

Представитель чрезвычайно редкой в Харькове профессии, заведующий театральной труппой (подобных ему в городе – ровно по количеству государственных театров), Александр Беляев служит в академическом театре кукол им. В. Афанасьева с 1979. Кажущийся суровым громовержцем – сходство с Зевсом-олимпийцем придает неизменная борода, - для всех, кто знает Беляева по работе не первый год, он чрезвычайно обаятельный человек, с чувством юмора и добрым сердцем. Избегающий даже тени сентиментальности в отношении театра, он, все же, не просто каждый день «на посту», но даже в свой выходной нет-нет, а зайдет посмотреть, как проходит спектакль.

 

Помимо общего, у Беляева есть «свой театр» – огромное белое пространство расписания, где он, словно генерал, чертит карту театральных будней, репетиций-сражений, премьер-парадов и, сигнализируя о самом главном, наносит специальную цветовую маркировку. Кроме маркеров разных цветов (синий – знак нормы, красный – «пожарная» ситуация), в его полководческом арсенале два телефона: один в ставке и другой – полевой (мобильный). Он одновременно на связи со всеми и с каждым. Ведь именно от Беляева зависит, найдется ли вовремя заболевшему «бойцу» срочная замена, или, скажем, состыкуется ли занятость артистов в двух репетициях и вечернем спектакле. Работа Александра Беляева из тех, которой не видит зритель, но ощущает каждый сотрудник театра, прежде всего артист. Учесть все «отбытия» и «прибытия», подогнать расписание с максимальной эффективностью, особенно в дни новогодних каникул, когда день артиста год кормит, пойти на встречу коллеге, при этом не подвергнув угрозе спектакль, интермедию или репетицию – все это особенный талант заведующего труппой, который А. Беляев развивал в себе не один год.

Но и когда карта рабочих будней начертана и вывешена пред очи театрального персонала, по многу раз на день Александр Беляев спускается, как по трапу, со своего капитанского мостика-кабинета: на сцену, в актерскую комнату, к своему расписанию – вносит дополнения, обозревает, контролирует работу.

Из всей театральной братии Беляев самый рассудительный, коллеги в шутку говорят ему: «Может тебе надо было в математики пойти?». Одним словом, на должность завтруппой, занимаемую Александром Беляевым, не приходят со стороны, «из вне» театра, такие генералы выслуживаются только из рядовых.

Многие его коллеги-актеры по сей день считают, что Александр Беляев напрасно так преждевременно и решительно сменил первую профессию на нынешнюю. Правда, изредка Беляев радует их и себя «экспромтами» - участвует в театральных капустниках, способен выручить театр, если кукла вдруг выпадет из рук «бойца ширмового фронта». Например, опаздывает актер, и спектакль задержать никак нельзя. Тогда Александр Беляев с готовностью берет куклу и вспоминает забытые навыки. Как для каждого генерала, честь мундира для него превыше всего.

Его требовательность к себе и каждому в театре происходит от существенного опыта, приобретенного еще в пору «царствования» Виктора Афанасьева. Александр Беляев был единственным артистом, приглашенным В. Афанасьевым из нескольких выпусков института. Само по себе, это свидетельствует о ярких способностях и человеческой надежности молодого артиста Беляева. Ведь Виктор Андреевич обладал безошибочным глазомером на тех, кто нужен театру.

Актерская стезя Беляева вырисовалась без особых перипетий, быть может, поэтому ему относительно легко далось решение уйти со сцены в кабинет. В чем-то Беляев повторил историю самого Афанасьева.

Учась в запорожской школе, Александр попал в кружок кукольников при Дворце Пионеров под руководством выдающегося педагога Ольги Моргулевой. Непосредственно знакомая не только с Афанасьевым, но и с самим Сергеем Образцовым в Москве, Моргулева славилась тем, что многие ее ученики в Запорожье без труда становились затем студентами, а далее и артистами в театрах прославленных мастеров кукольного жанра в Москве и Харькове.

Беляев был зачислен на первый курс, который набрала молодой педагог Светлана Фесенко. Учеба у мастера курса, которая была почти ровесницей, переросла в многолетнюю дружбу. Когда Беляев пришел работать в театр, Фесенко для него из разряда мастера перешла в разряд коллеги по сцене, ну а теперь они оба, невидимые зрителям, осуществляют творчески-организационную работу в подготовке спектакля.

Цельное амплуа Александра Беляева отвело ему неповторимую роль в актерском коллективе. Никогда не игравший романтиков, с молодых лет выглядевший на фоне ровесников серьезным и ответственным, Беляев убедительно воплощал образы–социальные типажи. Трактуя это амплуа широко, в диапазоне от Дедушки с газетой («Неизвестный с хвостом») и Дедушки («Веселые медвежата») до Командира разведчиков («Никогда не погаснет»); от Людоеда («Кот в сапогах») и Волка («Автосказка») до Главного Буржуина («Военная тайна»). Редкая для артиста театра кукол личностная солидность и, вместе с тем, актерская мобильность, склонность к игровой импровизации, позволили Беляеву сыграть сатирические роли императора Иосифа («Швейк против Франца Иосифа») и даже… Бога («Святой и грешный»). Живо реагирующий на новое, сиюминутно рождающееся на сцене, всегда чувствующий «плечо» партнера, Беляев был незаменим в отрицательных и характерных ролях «живого» плана. Именно таким запомнился в романтически-политической сказке «Сокровища Сильвестра» его гангстер. В театре до сих пор вспоминают, как Беляев умел смешить с пофигистически-невозмутимым видом. В авангардном для своего времени спектакле «Айболит» Александр Беляев играл роль автора. Вместо декорации в сказке была огромная маска из черной и белой половинок. Когда Беляев вырастал над кукольной ширмой, начиная спектакль, он произносил текст: «Вот, я автор, а вот – указывал себе за спину актер, - мое лицо. Это очень важно, чтобы сразу было видно лицо автора». Специфика его сценического юмора заключалась в сочетании подчеркнутой бесстрастности и живого, остроумного текста роли.

Поработав пять лет под началом Афанасьева, Беляев воспринял как норму высокий уровень организации театрального дела, профессионализм актерского ансамбля, успел подышать гастрольным воздухом в горячей пустыне Казахстана и в средней полосе России. К слову, о безграничности жанра в пору театральной молодости Александра Беляева: для работы с артистами в театр кукол тогда специально был приглашен специалист по песенному фольклору Слобожанщины. Выучившись не просто петь украинские народные песни, а исполнять их акапельно на три-четыре голоса, Беляев с группой артистов, отставив на время кукольный репертуар, уже как певец, объездил в гастрольном турне по Казахстану все точки поселения выходцев из России и Украины. Так что в прошлом кукольник-профессионал, актер с практикой драматического плана, музыкальный и поющий, Александр Беляев тем и незаменим для театра в своем нынешнем статусе, что он вышел из народа и не отошел от него.

Демократичность Беляева-завтруппой проявляется по-разному. Он может негодовать, воспламеняясь праведным гневом в адрес нашкодившего, но быстро «отходит». Часто угрюмо бурчит, но, вопреки этому, все его любят. По натуре очень добрый человек, Александр Беляев ни в чем не откажет театральным друзьям. Когда он, первый среди харьковских кукольников купил машину, на ней он осуществил все переезды сотрудников, подвозил всех коллег, которые в этом нуждались. Правда, сама машина, «копейка», была под стать амплуа Беляева на сцене – один взгляд на нее рождал устойчивый комический эффект. Когда она, критически переполненная пассажирами, с дверцами, привязанными изнутри веревками, пересекала перекресток, сам хозяин высовывался из окна, махал рукой и просил прохожих отойти по добру по здорову, ибо не работают тормоза. Думаю, благодаря творческому воображению, чувствовал он себя при этом как генерал во главе обоза.

Человек на своем месте, досконально изучивший свою профессию, он сумел скучные каждодневные обязанности приравнять к творчеству. И сколько бы не отнекивался симпатичный разбойник-бородач, что ему вовсе не присущи нежные чувства в отношении театра, что он для него – только место работы, всякому, кто знает Беляева, ясно, генерал просто по-мужски не хочет выказывать свою слабость. Образ неуязвимого любовью к своей «армии» начальника – это просто еще одна роль актера Александра Беляева. Одно примиряет даже с его недостатками – любовь к театру, «где все рядовые, ведь маршалов нет у любви».

Коваленко Юлия, театровед / 2010