О людях

  • « к списку

    Кривогина Татьяна Ивановна

    Кривогина Татьяна Ивановна

     
    Помощник режиссера

Театральная душа Татьяна Кривогина

Человек редкой профессии – помощник режиссера харьковского театра кукол им. В. Афанасьева Т. Кривогина отдала этому театру вот уже тридцать пять лет разнообразной сценической деятельности. С успехом поиграв на драматической сцене, а затем четверть века – в театре кукол, Татьяна не рассталась со своим театром. Ведь по призванию она и есть самый настоящий человек театра. Сменив актерскую стезю на должность помощника режиссера, Татьяна Ивановна и сегодня иногда выходит на сцену в капустниках. Но самое главное ее качество – хранительницы кулуарного и сценического очага.

 

По словам актеров, работающих с ней уже многие годы, Татьяна Кривогина способна умиротворить и сгладить любую конфликтную ситуацию, которая, бывает, возникает в рабочий момент. С другой стороны, мягким и податливым человеком ее тоже не назовешь. Профессия главнокомандующего подмостков требует воли и непреклонности, в противном случае вряд ли женщина смогла бы добиться авторитета у целой команды монтировщиков сцены, осветителей и радистов, не говоря уже об амбициозных и взрывоопасных актерах! Думается, что этот авторитет миловидной женщины с загадочной улыбкой и спокойным взглядом, выражающим чувство собственного достоинства, Татьяна заслужила всей своей театральной практикой. Опытная актриса и помощник режиссера знает все механизмы театра, является тонким психологом, до бесконечности любит и предана своей сцене. Как часто (почти всегда) можно увидеть Кривогину созерцающей работу своих коллег в спектакле! Как настоящий капитан подмостков, она знает партитуру спектаклей наизусть, но снова и снова приходит посмотреть, как работают ребята именно сегодня. Когда зажигается театральный свет, звучит музыка, и на сцене снова поднимается такая милая ее сердцу организованная суета, а в зале смеются дети или напряженно внимают сюжету взрослые, Кривогина наверняка снова переживает драгоценные для театральной души моменты единения сцены и зала.

Уже до поступления в вуз Татьяна Кривогина играла в драматическом театре. В харьковской труппе кукольников только она и В. Бардуков – актеры с такой редкой родословной. Сценический талант у Тани обнаружился рано и щедро. Когда она поступала в студию, набираемую при Херсонском театре им. Н. Кулиша, ей с первых же слов стали симпатизировать все члены экзаменационной комиссии. После занятий в вокальном ансамбле Дворца пионеров проблем с песней на экзамен для нее не возникло; народный же танец находчивая девушка разучила прямо за кулисами. Можно было со смеху умереть, глядя, как народные и заслуженные артисты из шкуры вон лезли, хором подсказывая ей строчки Маяковского, которые Таня, не знавшая о необходимости готовить на поступление стихи, вспоминала на ходу. Что-то было в этой абитуриентке нерядовое: яркость, подкупающая драматическая органика, искренность, и грех было ей не подыграть. Уже во время обучения Татьяна выходила на сцену херсонского театра и скоро доросла до самостоятельных ролей. Органичная, думающая и темпераментная, она была чрезвычайно сценически обаятельна: шатенка с выразительным взглядом, мягкой улыбкой и играющими на щеках ямочками.

Задумав получить высшее образование, Татьяна приехала поступать в Харьковский институт искусств, и тут-то судьба ее круто изменилась. Подпав под обаяние проводившей консультации на кафедре театра кукол ослепительной Инны Кагановской, Кривогина, не задумываясь, выбрала эту профессию. После окончания института сам главреж В. Афанасьев пригласил ее в именитую труппу, куда отбирались самые талантливые выпускники. Главной составляющей репертуара театра тогда были спектакли для детей в ширмовом кукольном плане. Можно только сожалеть, что взращенному в стенах драматического театра таланту Тани Кривогиной пришлось амартизироваться за ширмой, где никто из зрителей не мог увидеть ее лица, выражения глаз, оценить пластичность; а также, что такой актрисе лучшие профессиональные годы пришлось отдать шаблонной драматургии советского «кукольного» театра. Кривогина играла много, и спустя годы невозможно не упомянуть о ее удачах в спектаклях «Автосказка», «Таинственный гиппопотам» и «Золушка». В роли сестры Золушки Гортензии актриса управлялась с огромной маской и при этом демонстрировала свою отличную танцевальную форму – танцы ставил М. Розин. Успех ждал ее там, где актрисе случалось вырваться из-за ширмы на свое родное, драматическое пространство. А как играла ямочками ее задорная веснушчатая мордашка в роли скомороха, мигом надевавшего на себя переносную ширму по образу и подобию старинного «олеария», и показывавшего на ней кукольного Колобка! Однако, ей легко давались и противоположные характеры. Своего знаменитого Кота в сапогах Татьяна сыграла, идеально передав самодостаточный, исполненный загадки характер. Впрочем, этот сказочный герой дался ей большим трудом – кукла была очень тяжела, а играть сказку актрисе часто приходилось по три раза в день!

О востребованности и таланте Кривогиной свидетельствуют две сыгранные ею главные роли в спектаклях–визитках вечернего репертуара харьковского театра кукол: Кача в «Чертовой мельнице» и Ева в «Божественной комедии». Когда в том же спектакле Татьяна играла Женщину, пренебрежительно относившуюся к лирику Адаму, даже привычные к остроумным находкам коллеги умирали со смеху за кулисами. И все же, неудивительно, что во всех спектаклях, в которые ее вводили на созданные другими роли, актрисе не удалось настолько раскрыть дарование, как это произошло в спектакле А. Иннюточкина «Святой и грешный».

Партнеры и зрители вспоминают ее Лизу из остро социального спектакля «Святой и грешный» по пьесе-диспуту М. Варфоломеева, как вершину творческого пути Татьяны. По словам многолетнего партнера по сцене В. Бардукова, в этой психологически сложной роли современницы, отказавшейся в результате мучительных размышлений от пути конформизма, актриса исповедовала сдержанный и ценный своей интеллектуальностью стиль игры. Вызывало уважение полное отсутствие в ней нажима на эмоцию. В спектакле, где все герои по сюжету носили маски, Кривогина скрупулезно создавала глубоко неоднозначный характер, раскрывала второй план психологии героини. Когда в финале ее Лиза символично снимала маску, актриса шла по пути наибольшего сопротивления – ее мимика, пластика, голос не били на внешний эффект, а раскрывали внутренний драматизм.

В начале 90-х Татьяна побывала на фестивале в Венгрии со спектаклем «Волшебные рукавички» и запомнилась зрителям в постановке «Ивасик-Телесик». В этом этническом спектакле актеры в домотканных рубахах водили кукол в открытом приеме, и именно в Татьяне режиссер Е. Гимельфарб «увидел» своего Ивасика. В постановке Л. Попова «Еще раз про Красную Шапочку» ее Зайчик буквально искрился задором, и даже сегодня, - если вдруг непредвиденная ситуация в театре, - Кривогина может взять куклу и вспомнить любую из ролей в этом спектакле.
Изначально драматическая актриса Татьяна Кривогина всегда легко совмещала в своем репертуаре роли лирико-драматического и комедийного амплуа. Что касается последних, то актриса еще раз доказала свое мастерство, со вкусом и ощущением жанра сыграв маленькую роль посетительницы варьете в спектакле «Мастер и Маргарита» Е. Гимельфарба.

Со свойственной ей проницательностью и заинтересованностью Т. Кривогина наблюдает за современным развитием родного театра. Искренне восхищаясь спектаклями О. Дмитриевой, талант которой раскрывать индивидуальность актеров – очевиден, Татьяна сожалеет, что ей судьба такого режиссера не послала. Со всей щедростью театральной души она любит эти новые спектакли и те нерядовые роли, которые достались ее младшим коллегам. А все они, в свою очередь, любят Татьяну Ивановну за понимание, неравнодушие и за то, что когда Кривогина за кулисами, и в руке у нее рация помощника режиссера, актерам и работникам всех служб спокойно: спектакль начнется точно в срок и пройдет на высоком организационном уровне!

Коваленко Юлия, театровед / 2011