О людях

Алексей Бойко: Мне нравится моя фамилия!

Есть в каждом театре люди, роль которых в коллективе не измерить графой штатного расписания, это - «домовые» дома под названием театр. С тех пор, как в 1982 совсем молодой Алексей Бойко стал актером харьковского театра кукол, он в разные годы совмещал сцену с должностями монтировщика, осветителя, механизатора кукол, завтруппой, замдиректора, администратора. Сегодня он – уважаемый актерами-коллегами помощник режиссера и по-прежнему любимый актер зрителей. Алексей Бойко из тех «командных» актеров среднего поколения, чей уровень свидетельствует о высоком профессионализме и культуре театра в целом.

 

И как было руководителю В. Афанасьеву не взять такого студента к себе в театр! Загорелый, светлоокий красивый юноша-запорожец, приехавший с юга, еще до института умел все: петь, как дома родители-заводчане, танцевать и заниматься спортом (для этого и посещались соответствующие кружки самодеятельности). Ну а водить кукол Леша научился шести лет, когда сестра, чтоб не оставлять самого дома, брала мальчика с собой во Дворец Пионеров.

В харьковском театральном институте разносторонний талант Алексея отшлифовали кукольник-практик Ш. Фоэрберг и педагог от бога, научившая мастерству драматического искусства Н. Крапивина. Это ее заслуга в том, что Алексей Бойко сегодня так убедителен в ролях сказочников, рассказчиков, скоморохов, представая перед публикой без куклы. «Снип-снап-снурре», - произносит таинственное заклинание его Андерсен из спектакля О. Трусова «Снежная королева», обводя волшебным зонтиком кукольную ширму, и в раз оживает над ней старый европейский город, покрываются морозным узором окна дома, звучит добрая и чуть грустная песенка – сказка начинается... Андерсен-Бойко знает наперед обо всех испытаниях для маленьких Кая и Герды, оттого-то так противоречив его взгляд: сказочник грустит, сочувствует, но и таинственно улыбается, предвидя счастливое преодоление всех преград. Эта роль просто создана для того, чтоб выразить лучшие качества актера А. Бойко: нелинейность игры, умение заинтриговать вторым планом, тонкая музыкальность, деликатность художника, избегающего нажима, наконец, доброта и органика, буквально излучаемые сказочником… Со сказкой ведь нужно осторожно, чтобы не спугнуть ее трепетных крыльев.

Первой куклой, которая попала в руки Леши, был Ворон-Кровавый глаз в спектакле Дворца Пионеров «Машенька-певунья». После этого он имел дело с десятками разнообразных сказочных персонажей. Исключительно сказочным был и репертуар первого в жизни Бойко профессионального театра – в Запорожье, где он проработал год перед Харьковом. Жизнь актера сама полна сказочных мотивов. Леша был третьим, младшим, ребенком в семье, а по сказкам именно таковой оказывается самым добрым, сердечным везунчиком. Все трое детей рабочего запорожского завода Василия Бойко стали профессиональными кукольниками. Сестра – актрисой в родном городе, брат – главреж краснодарского театра кукол. Предваряя ерничанье на предмет, дескать, младших братьев в сказках всегда дураками зовут, скажу: от Ивана-дурака Алексей, и вправду, не ушел. Наоборот, он очень любит свою роль Ивана Бездомного в «Мастере и Маргарите» - простодушного и грубоватого рыжика. Ох, и отстаивал «своего Ваньку» Алексей Бойко перед режиссером Е. Гимельфарбом! Плох ли он, хорош, считает актер, а героя своего всегда нужно любить, представлять ярко, чтобы зрителю запомниться. Потому намечавшаяся, было, режиссером линия Ваньки в сатирическом ключе постепенно делалась актером теплее, человечнее. Ему так хотелось вместить в спектакль финал романа, с лунной болезнью Бездомного, с его прозрением. В итоге актер выиграл, и Бездомный в харьковской постановке будто принимает от Мастера с ключами от больничного балкона эстафету многих знаний – многих печалей.

Как и каждый уважающий себя сказочный герой-простак, Бойко предпочитает творить чудеса своей повседневной жизни собственными руками и получать от гармонии с природой истинное удовольствие. Так, например, дачный участок Алексея Бойко огорожен и обсажен им самолично, хотя деревьям, кустам и овощам хозяин позволяет расти в положенном природой художественном беспорядке, а весной первая зелень с огорода всегда на столе без всяких пестицидов. Бойко любит, сбегая сюда, наслаждаться отвлечением от театральной суеты на лоне природы. Удовольствие от сыгранной премьеры он сравнил бы только с поэзией рыбалки в компании коллеги Володи Горбунова!

Алексей Бойко талантлив в умении дружить. В меру деловитый, коммуникабельный, он подкупает обаянием истинного оптимиста. Придя в харьковский театр в последний год «у руля» Виктора Афанасьева и будучи самым молодым во всей труппе, Бойко не испытал комплекса уничижения перед признанным корифеем. Напротив, их отношения сложились не только на профессиональном уровне: как режиссера, директора и актера. Обычно не отличавшийся деликатностью с подчиненными метр никогда не забывал спросить о здоровье двух маленьких дочек своего заведующего труппой. Ну а с режиссерами из поколения учеников В. Афанасьева у А.Бойко и подавно легко сложились прекрасные профессиональные и человеческие отношения. В спектакле А. Инюточкина 80-х, сказке для взрослых «Сокровища Сильвестра», актер сыграл одну из своих удачнейших ролей – Панчо, пирата-романтика, перевоспитанного любовью к прекрасной Фелиции. Для режиссера О.Трусова в начале 90-х А. Бойко и его жена Л. Мельникова вошли в обойму самых востребованных артистов, занятых в вечернем репертуаре. С Е. Гимельфарбом Алексей пережил одно из самых потрясающих ощущений от сценической работы в спектакле «Мастер и Маргарита». Помудревший с годами актер весь опыт жизненных уроков, разлук и человеческих потерь, многократно умноженный на масштаб художественного мира М. Булгакова, нашел свою, исчерпывающе убеждающую интонацию роли Левия Матвея. В сцене, предваряющей казнь Иешуа, в вихре экспрессивной, трагически насыщенной музыки Н. Бурой пронзительно звучит монолог: «Ты глух, ты – черный бог! Бог! Я проклинаю тебя!». Уверена, без Бойко спектакль не сохранял бы своего трагического нерва уже полтора десятилетия. Сыгранный им Матвей – это больше, чем образ, он – кровоточащая совесть романа.

Одна из главных черт этого творческого человека – ответственность. Вспоминая, как еще в детстве, участвуя в кружке кукольников, он три раза в неделю, после школы, отправлялся трамваем через все Запорожье на другой берег Днепра от родного дома, Бойко делает вывод, что главным его стремлением, помимо интереса к творчеству, было желание не подвести «команду». Благодаря этой врожденной черте характера Алексей задержался именно на должности помощника режиссера – сложной, требующей особого подхода к артистам, непосредственно в момент творческого кипения. Только придя в театр, Бойко вынужден был справляться с этой работой в условиях постоянных гастролей театра. В 80-е актер как-то посчитал – за год дома он проводил всего четыре месяца, остальное время – в разъездах с группой по стране. Сегодня, как мне кажется, и от этой своей должности актер научился получать удовлетворение. Применение психологии, дипломатии – тоже ведь талант. В спрессованном графике театральной работы никто не застрахован от накладок. Бойко знает это, как каждый, кто когда-то невольно попадал в переплет. Как-то, будучи еще заведующим труппой, ответственным за составление расписания, он не только написал, но и лично всех предупредил о необходимости перевести часы на летнее время. При этом сам, как тот сапожник без сапог, замотался и не перевел часы. Уже в метро, на Салтовке сориентировался и похолодел: до начала спектакля оставалось минут пятнадцать. По счастью, добравшись в театр, он застал всех за работой. Спектакль шел полным ходом, и Бойко даже успел к первому выходу своего персонажа Петуха. Потому-то он знает, как это важно быть не только ответственным и справедливым, но и способным на разумный компромисс. Люди ведь – не куклы, здесь необходимо считаться с личностным фактором. Впрочем, в обязанности помрежа входит и внимание к кукольной братии – перед каждым спектаклем Бойко устраивает осмотр труппы из папье-маше, и если какой-то «артист» требует «лечения», относит его в цех для починки.

Вместе с тем, несмотря на репутацию ответственного закулисного арбитра, Алексей Бойко сам любит «поиграть в детство»: Айболит, верный Пес («Бременские музыканты»), орленок Эд («Алиса в стране чудес»), два бандита-неудачника – Пелле и Рулле («Малыщ и Карлсон»), плящущий и поющий частушки скоморох, дед и медведь («Жили-Были»), и даже малыши Пилюлькин и Цветик («Приключения Незнайки») – все эти роли в репертуаре для детей несут в себе юмор, житейский опыт и обаяние Бойко.

Когда еще молодому актеру предлагали роль принца, он отказался. «Люблю играть характерных. Отрицательные персонажи детям и взрослым больше запоминаются» - говорит Бойко. Именно таков его новый сценический образ, Кот Василий Иванович («Снегурочкка»), мурлыкающий сибарит, но одновременно ревнивый интриган, способный тайно вмешаться в развитие сказки и все там спутать. Бойко не брезгует и маленькими ролями, лишь бы работа с режиссером была в удовольствие. Его любимый афоризм из спектакля «Левша»: «Артист это такое дело: сегодня играешь царя, завтра – коня». Именно в этом спектакле В. Вольховского Алексей сыграл массу эпизодических ролей: скомороха, кузнеца, тульского мужика. Мало кто, как В. Вольховский был близок ему пониманием важности скрупулезной работы режиссера с актерами. Дополнительный интерес, по словам Алексея, составляло то, что в «Левше» объединились две эстетики – школа актеров театра восточной Украины и уральского авангарда, режиссуры Вольховского.

Лучшей похвалой от знакомых после состоявшегося спектакля Бойко считает заинтригованность: «А кого ты там играл?». Значит, перевоплощение удалось, и сегодня вечером он был не Алексеем Бойко, а скажем, мудрым слугой Осипом из «Ревизора» или философом Бенджамином из «Скотного двора». Ослик Бенджамин – одна из любимейших ролей Бойко в вечернем репертуаре. Рассудительность, скептический фатализм, заключенная в этом образе вся печаль не раз обманутого народа, минимум слов при максимуме производимого эффекта – благодаря всему этому Бенджамин запоминается зрителям как сценический шедевр актера.

Один из интереснейших спектаклей, встретившийся на творческом пути Бойко – «Король Лир», первая работа с режиссером Оксаной Дмитриевой. Мечта артиста о полной неузнаваемости в сценическом образе здесь сбылась в полной мере. Лишь в начале спектакля актер предстает в своем обличье. Этот обаятельный бородач с лучащимися глазами – король Франции. Всего несколько фраз, скупая и точная партитура жестов и движений – говорят о привычке его героя повелевать и побеждать. Глядя в глаза юной невесты Корделии, король лишь какое-то мгновенье колеблется, затем покровительственно нежно берет ее за руку и уже с решительностью воина увлекает за собой, прочь от отцовского двора, чтобы больше никогда не появиться среди героев трагедии, однако, тем самым, дать жизнь другому персонажу – Освальду. В исполнении Бойко он – полная противоположность благородному королю Франции. Исчадье Ада, Освальд, по замыслу режиссера, безлик. Его угрюмой рожей служит маска, к тому же навешенная актеру на спину. Только сжимающиеся и разжимающиеся кулаки натруженных рук красноречиво выдают в герое сноровку наемника, ведь кукольнику А. Бойко не впервой все драматические импульсы передавать через пластику рук! Под стать безобразной маске человека-чудовища актер «подобрал» голос – его Освальд не говорит, а рычит. Удивительно, как актеру такого чарующего обаяния и человеческой широты вообще удалось сценически воплотить тупое зло, воплощенное разрушение, да еще и так убедительно!

Широту и гармоничность натуры Алексея Бойко лучше всего передает его пение, голос, выражающий душевный артистизм, неотделимый от корней предков. Например, в спектакле «Як козаки чортів обдурили», Бойко лихо поет украинские песни от лица своего сказочного Деда, и его «Червоній руті» неизменно апплодирует покоренная щедрым артистизмом детвора. «Мне нравится моя фамилия, - комментирует актер, - я стараюсь соответствовать ей».

Коваленко Юлия, театровед / 2010