О людях

Джульетта из «Диснейленда»

Если кому и было на роду написано стать принцессой в сказках на сцене театра кукол, так это актрисе Юлии Галдун. Миниатюрная, живая, обаятельная, с огромными глазами в обрамлении густых ресниц и светящейся улыбкой, она идеально вписывается в канон красоты принцесс из мультфильмов Уолта Диснея. Когда, приехав поступать на театральный факультет харьковского университета искусств, Юля проходила консультации, ее сразу отвели на кафедру театра кукол, - с первого взгляда стало очевидным: специфика ее таланта на сто процентов будет раскрыта именно в таинственном, волшебном и вместе с тем веселом, непосредственном мире, где «оживают» куклы.

 

Юлия обожает свой театр, нисколько не испытывая комплекса зависти к «драме». Совсем еще молодая актриса мечтает достичь в театре кукол высшего исполнительского мастерства и считает, что залог этого - чистота жанра. Изучая в вузе мастерство актера драматического театра по Станиславскому и Йонеско (был в ее судьбе и спектакль – абсурдистская драма «Король умирает», поставленный заслуженным деятелем искусств Украины Степаном Пасичником), Юля вынесла для себя важный принцип: «познанное в себе по законам драматического театра, мы переносим на куклу, мастерство кукольника в том и состоит, чтобы создать иллюзию жизни в кукле». Впрочем, помимо кукловождения, Юлия старается развить в себе самые разнообразные таланты: она – в числе лучших поющих артистов в труппе, очень музыкальная и ритмичная, хорошо играет на домре, фортепиано, гитаре, но из всех музыкальных инструментов отдает предпочтение барабанам.

Можно сказать, что для этой актрисы четыре музыкальных инструмента – сродни четырем стихиям: огню, воде, воздуху и земле. Она два года прозанималась в классе домбры, но именно «фортепиано – это душа, - признается Юлия, - когда я слышу тембр, дыхание его клавиш в концертах, у меня сердце не на месте». Как-то проходя мимо аудитории, еще в музыкальной школе и услыхав барабаны, Юля «влюбилась» в этот инструмент. Как ей кажется сегодня, барабаны – основной, громкий, сильный, ударный музыкальный инструмент, это то, чего не хватает в жизни ей самой, хрупкой девушке. Стремление дополнить себя, ярче выразить в игре на барабанах, не сразу стало осознанным, но со временем артистическая «зависимость» стала явной: случалось, Юля и на каникулах в вузе, сбегала из дому в харьковской области, возвращаясь в Харьков, чтобы иметь возможность ходить на занятия. «Барабанотерапия» доставляет ей мало с чем сравнимое удовольствие. Сегодня Ю. Галдун переиграла на ударных во многих группах нашего города, в том числе, со своим коллегой по сцене театра кукол П. Савельевым («Бандур Бэнд»). Юлия выступает в клубах «Черчилль» и «Золотой Дукат» с разнообразнейшими программами – от свинга и регги до босановы и всевозможных латиноамериканских ритмов. Может быть, потому Юлия так любит барабаны, что однажды, играя, она ощутила буквальное совпадение ритмов сердца и барабанного метронома – это и была та редкая гармония, к которой стремятся на сцене музыканты и артисты. Пережив такое творческое единение с инструментом, Юлия Галдун считает: пускай и в концертах, и в театре это ощущение приходит очень редко, но если ты его хоть один раз прочувствовал, то будешь ждать его повторения, и все делать для того, чтобы снова войти в эту реку.

Несомненно, есть глубокая внутренняя связь между двумя выбранными актрисой ипостасями своего творческого «я»: музыканта и актрисы. Если в игре на барабанах для нее главное – это пульсация, переход импульса, ритма сердца в технику пальцев, то и в игре куклой на сцене для Юли самое важное «думать руками».

Не трудно догадаться, какой спектакль является для Юлии сегодня особенно дорогим, «личным» - это «Майская ночь, или Лунное колдовство» (режиссер заслуженная артистка АР Крым Оксана Дмитриева). У Галдун нет здесь главной роли, она – персонаж-ансамбль, человек-оркестр, «слуги просцениума», как называл подобных персонажей любимый режиссер Оксаны Дмитриевой Мейерхольд. Спектакль по Гоголю режиссер придумала играть как джаз. Вот это-то акустическое марево, полу сон, полу явь, техканья птиц и интонационно-звуковые подголоски, ритм языческой ночи была призвана задать Ю. Галдун. Импровизируя, как в джазе, на всех доступных артисту в «живом плане» инструментах: голосом, пластикой тела, мимикой, Галдун отлично знает, что, если кто-то один из играющих спектакль, не зазвучит, сфальшивит, это будет равносильно «киксу» в оркестре. Ее «звездный час» наступил, когда, на репетиции, творчески мучась с решением финала спектакля, режисер вместе с постановщиком сценического движения Р. Никоненко, объявили «перекур». Юля осталась на сцене и занялась привычным любимым делом – застучала ритм по барабанам – благо, бочки и барабаны были основой сценографического решения спектакля. Уже через минуту «перекур» был сорван – все завертелось вокруг ударной установки, возникла идея налить на барабаны воду, как это делается сегодня во многих шоу, чтобы, играя на инструменте, барабанщица взметала в воздух алмазные струи. Теперь Юля обожает этот спектакль, приходя играть его с заведомым предощущением того восторга, который вызывает у нее финал. Это вообще закон ее сценического существования – выходить в роли нужно с наибольшим удовольствием.

Как и в «Майской ночи», для актрисы очень важно войти в атмосферу и свободно творить в другом спектакле того же режиссера «Дюймовочка». Героиня сказки Андерсена стала первой ее главной ролью на сцене театра. Красивый трепетный голос, музыкальность интонаций – отличительные качества игры Галдун в этом поэтическом, проникнутом музыкальностью спектакле. Ее Дюймовочка – вовсе не романтическая принцесса, ищущая свое счастье и любовь. Актрисе удалось почеркнуть в героине «детскость», наивность, ребячество. Вот, Юля скачет на круглом батуте, раскачивает зонтик-кувшинку с куклой-Дюймовочкой – ее героиня больше всего любит играть, для нее все весело. Когда же любовь стала для Дюймовочки внезапным открытием, она вдруг раскрылась как романтическая героиня. Актриса нежно любит роль и спектакль в целом за то, что в нем много и в удовольствие поется в живую, так, что душа тает от красоты.

Еще одна музыкальная сказка, повстречавшаяся Галдун в репертуаре – «Огниво» в постановке Д. Нуянзина. Ее принцесса Генриетта, в отличие от сразу нескольких героев в «Майской ночи», предстает перед зрителем исключительно в кукольном плане (художник М. Кужелева). Поэтому здесь тем более важно, насколько голос актрисы убеждает зрителя, что перед ним самая настоящая принцесса. При всем сходстве, юлина Генриетта не дублирует ни ее Дюймовочку, ни Красную Шапочку. В задумчивой мечтательности голоса, чистоте и звонкости тембра Юлии в музыкальных номерах раскрывается душа андерсеновской принцессы.

Возвращаясь к музыкальным инструментам, как стихиям жизни этой актрисы, упомянем гитару. Отец Юли, для нее – непререкаемый авторитет, вдохновитель и поддержка во всех творческих начинаниях, еще со школы увлек ее игрой на гитаре. Гитара – отвечает еще одной ипостаси души Галдун. «У меня в Керчи есть любимое место, - рассказывает актриса, - я люблю сидеть на берегу с гитарой, глядя на море, на небо в облаках перед дождем. Люблю летний дождь на море, люблю это состояние невесомости и вечности, очищение души». Удивительно срезонировала с этим автобиографическим настроением актрисы роль Снегурочки, которая после многих характерных ролей, закрепила отныне за Юлей и роли лирических героинь. В одноименной постановке «трогательной сказки» режиссером Игорем Мирошниченко Юлина героиня не погибает в пламени костра, а переходит в иную форму бытия, становится облачком… Подобно тем, которые так любит наблюдать сама Юлия на керченском берегу. Трагическая роль в спектакле для детей, в которой есть даже настоящий «взрослый» монолог, досталась Юле по праву. И. Мирошниченко не раздумывал над кандидатурами: «Эта девочка создана для того, чтоб играть Снегурочку, она вся светится обаянием!» Благодаря ее необычайно подвижной психике, темпераменту, актриса в этой роли «подала заявку» на масштабные роли, такие, как дорогие ее сердцу Элиза Дулиттл и Джульетта.

Впрочем, это уже не первый ее подступ к шекспировской героине. Со школы обожая Шекспира, Юля готовилась к поступлению в вуз с руководительницей театрального кружка, будучи еще совсем недавно ровесницей Джульетты и оставаясь ее тезкой, Юля на консультациях так сжилась с классической героиней, что… до полусмерти перепугала членов комиссии настоящим кинжалом, который сверкнул в ее руке в патетический момент монолога. Тогда ей впервые объяснили, что натурализм в театре не всегда хорош. Впрочем, о таких «мелочах» Юля не задумывалась. Ее выряжала в Харьков вся родня. Когда Юля исступленно и самозабвенно оглашая проселочную тишину родных мест изощрялась в чтении прозы Довженко и монолога Шекспира благодарная аудитория из бабушки и тетки плакала. Верившая в нее больше всех бабушка благословила на сцену в присущей ей афористичной манере: «Молодець, дуже хороша програма. Їдь і не переживай, якщо вони в тобі не побачать таланту, то хай їм повилазить!». Как знать, не от бабушки ли у Юли бойкий темперамент, и страсть к игре в характерных ролях: Люси Браун и Моли Нагли («Опера нищих»), Сестра Феншон («Золушка»), Брунгильда («Госпожа Метелица»). Ей случилось сыграть даже деда-подкаблучника в спектакле «Патриот». В нем Юле посчастливилось представлять родной вуз на фестивале кукольных школ в Белостоке (Польша). Успех был такой, что артистов четыре раза вызывали на поклон. Кстати, о том, что куклу деда водила симпатичная девчонка, никто тогда так и не догадался.

«Играть нужно раскрепощенно, непосредственно, легко, как дети. - считает Юлия Галдун, - Когда я себя «отпускаю», я очень похожа на Красную Шапочку». Ее чарующая серебристым смехом героиня во французском стиле, неунывающая девочка со смелым характером – это и есть сама Юля!

Коваленко Юлия, театровед / 2010