О людях

  • « к списку

    Горбунов Владимир Михайлович

    Горбунов Владимир Михайлович

    Заслуженный артист Украины

  • Владимир Горбунов в проекте Зазеркалье

    Владимир Горбуновв проекте «Зазеркалье»
    Владимир Горбуновв проекте «Зазеркалье»
    Владимир Горбуновв проекте «Зазеркалье»
    Владимир Горбуновв проекте «Зазеркалье»
    Владимир Горбуновв проекте «Зазеркалье»

Мнимое благополучие творца: недосказанность Владимира Горбунова

Прошло тридцать лет, с тех пор, как один из замечательных актеров Харькова Владимир Горбунов, впервые попав во дворец-театр кукол В. Афанасьева, размечтался: вот бы здесь работать! Мечта сбылась, и сегодня Горбунов – заслуженный артист Украины, а без его выразительного глубокого голоса, таланта, юмора и мужского обаяния уже невозможно представить этот театр.

 

Судьба актера – жребий не из легких. Часто «своей» роли ждут десятилетиями, играя то, чего требует производственная необходимость, ну а сокровенные творческие надежды зачастую остаются за бортом. Актерская профессия состоится в реальном времени, и потому судьбы многих артистов драматичны. Признанный гений Олег Даль всю жизнь менял театры в поиске своей темы, своего режиссера, своей роли, и мне кажется, не случайно, именно он – любимейший артист В. Горбунова. Со стороны кажется, судьба Владимира удачна – сыгранных им разных ролей перевалило за полторы сотни, в театре он всегда «в обойме», да и по жизни производит впечатление прочно стоящего на земле настоящего мужчины, который никогда не жалуется и не отказывает себе в предназначении много работать. А если поспорить с этим стереотипом «неуязвимости» Горбунова? Ведь из его мира не вычеркнуть грусти любимых певиц – Камбуровой и Бичевской, философской трагикомедии дорогого сердцу Енгибарова, песни «На маленьком плоту» Лозы, в «обществе» которых Владимир любит проводить время. Это сигнал. Далеко не все ценное, что таит его душа и на что способен любимый актер, уже состоялось в его творчестве.

Любившая Володю до беспамятства мать, простая медсестра, не верила в театральное предназначение сына: «Я візьму віника і буду гнати тебе з того училища культури» - угрожала она юному театралу. А вот отец Михаил Борисович, по счастью, заступился за мечту и даже вызвался сопровождать сына в Саратовское училище. Вечный конфликт отцов и детей, но и благодарность своим простым родителям за возможность выйти в люди, отразились сегодня в исполнении Горбуновым роли Альфреда Дулиттла («Моя прекрасная леди»). При всей грубости, Дулиттл чадолюбив. У Горбунова получился характер цельный и обаятельный: «Я не достойный. По правде говоря, мне нравится быть таким» - провозглашает он без кокетства. А когда Дулиттл поет знаменитые куплеты «Если повезет чуть-чуть», нельзя отделаться от магнетизма негативной силы. А вот рядом другой образ-папа – Карло из «Золотого ключика». Когда О. Трусов назначил Владимира на эту роль, актер опешил: образ был не по годам, - зато потом вошел во вкус, и сегодня это одна из любимейших ролей Горбунова, которая, наверное, близка ему именно отцовскими чувствами. К слову, его сын Иван окончил ГИТИС, работает актером в Орле, а дочь Алина, к которой актер испытывает особую нежность, - модельер. В 90-е на телевидении, в проекте «Спать пора» студии «От А до Я», Владимир Горбунов несколько лет развлекал маленьких харьковчан в образе симпатичного Медведя. Не в последнюю очередь, он Дед Мороз со стажем, в связи с чем нельзя не вспомнить одну историю: на Новогодние праздники Горбунов «дедморозил» в детском доме и проникся таким сочувствием к больному ребенку, находившемуся в отдельной палате, что на следующий день навестил его с подарками. В репертуаре актера были и есть целый выводок симпатичнейших сказочных героев: Муми Тролль, Айболит, Карлсон и даже Ведьма в «Ивасике-Телесике». Он понимает психологию детей, попавших в театр кукол, памятуя себя. Когда после первого для него представления с куклами, все одноклассники с облегчением бросились на улицу, потрясенный Володя остался в зале, не подозревая, что таким образом «остался» и в профессии.

Преподающий нынче в университете искусств, Владимир Горбунов ведет свою педагогическую родословную от прекрасных учителей. Первым стал в Тростянце режиссер кружка театра кукол В. Натаров. Вторым мастером был А. Чертов в Саратовском училище – три с половиной года обучения у него дали Владимиру широту профессиональных умений, сравнимую разве что с захватывающим великолепием трех с половиной километровой ширины Волги, куда он бегал купаться с однокурсниками.

Третьим учителем стал режиссер В. Вольховский. На момент выпуска из училища уже работавшему в саратовском театре кукол «Теремок» Владимиру повезло получить приглашение в Орловский театр. Сомневавшийся Горбунов все же послушался авторитетного Чертова: «Вы что! Вас приглашает будущий великий режиссер России и Советского Союза! Немедленно соглашайтесь!!». 35-летний Вольховский не разочаровал мечтающего о подвиге в искусстве молодого актера. Увлекательные репетиции длились до полуночи. Детские спектакли режиссер-новатор ставил как взрослые, и Владимир заблистал в образе Красного всадника в живом плане («Мальчиш-Кибальчиш»). Поездки на фестивали по России, включая Москву, трепет перед лучшими критиками стимулировали стремление к совершенству: Горбунов, рано полюбивший поэзию, сыграл Поэта в «Любви Дона Перлимплина» и брата Ажуола – эпического героя из спектакля «Эгле, королева ужей» по С. Нерис.

Тем дороже актеру, что, спустя десяток лет уже на сцене харьковского театра, судьба снова подарила ему встречу с учителем. Работая над «Левшой» Вольховский с Горбуновым понимали друг друга с полуслова. Как никто из режиссеров Вольховский чувствовал умение именно этого актера выращивать драматизм из комедийности, на стыке с сатирическим обнаруживать лирику. Опираясь, как всегда у Вольховского, на изучение эпохи, стиля, Горбунов в роли атамана Платова щедро «лепил» эмоции. Крутой нрав атамана лишь подчеркивал тему пронзительной русской тоски.

«Про это же» Горбунов играл дрессировщика в спектакле-кабаре «Скотный двор». Не прибегая к агрессивной краске, он был всезнающим человеко-ведом, ловко вертелся в каскаде зонгов и танцев, и тут же, едва успевая отдышаться, брал в руки куклу свиньи Сноубола. Если в антракте такого спектакля заглянуть в рабочую сутолоку за ширмой, можно увидеть, как актер, подобно боксеру, вышедшему с ринга, отработанным жестом расправляет плечи и растирает натруженные суставы рук. «Товарищ Сноуболл» - и поныне один из ярчайших образов в кукле, созданных Горбуновым. Виртуозное владение актера техникой кукловождения, в частности, детальность разработки мимики куклы, в сочетании с добродушным юмором, поделом сделали Сноуболла зрительским любимцем.

Был в биографии Горбунова особый спектакль - «Святой и грешный», революционно решенный А. Инюточкиным в эстетике театра масок. Там Владимир сыграл свою первую характерную роль пробивного Сергея Штучкина. Она была каскадом эстрадных, буффонных приемов и требовала колоссальной физической отдачи – неудивительно, что каждый раз, доигрывая спектакль Горбунов буквально терял сознание – проволочный обод маски впивался в лоб как терновый венец. Нестандартной была и одна из лучших ролей Владимира, пан директор в постановке поляка М. Тандера «Театрик Зеленый гусь, или не дразните публику». Здесь, без привычной в 80-е ширмы, актер вдоволь наигрался с залом, тут в пародийном ключе состоялся его несыгранный Гамлет. Горбунов оказался достойным разделить с поляками пир неслыханной для Харькова театральности благодаря бацилле «вахтанговщины» - урокам Чертова и Вольховского.

Амплуа в привычном смысле у В. Горбунова нет и быть не может, потому что редкий образ не содержит у него огромного диапазона самых взаимоисключающих черт. Просто смешной или драматичный характер ему неинтересен. Получая куклу, Горбунов первым делом «пробует» ее в импровизации. Например, кукла Ляпкина-Тяпкина из «Ревизора» (художник В. Никитин) явно остро характерна, что сразу дало импульс актерской фантазии. Длинноносый, с жалко торчащими во все стороны усами Волк в сказке «Еще раз о Красной Шапочке» (художник М. Кужелева) обрел в руках Горбунова неповторимую походку и нелепо смешную манеру трясти головой, будто выливая воду из ушей. Неловкий, комплексующий Волк, однако, наделен актером коварной дипломатичностью. По словам режиссера Е. Гимельфарба, встретившегося с Горбуновым в работе над «Мастером и Маргаритой», особый талант этого актера в том, что полновесную биографию он придумывает даже для примитивной куклы. Так возник ярчайший Берлиоз. Очень вкусно играя роли фукционеров (Семплеяров и Латунский в «Мастере и Маргарите»), воплощая сущность человека-топора (Марк Крысобой), Владимир рискует быть отождествленным со своими слишком убедительными творениями. Но, как и сыгранное им Чудище («Аленький цветочек»), он «расколдовывается». Сбросив личину социальных типажей и громил в духе шерифа Локхита («Опера нищих»), пусть не в театре – так хоть на телевидении, он предстает отпетым лириком в цикле «Поэты – Харькову». Читая Есенина, Пастернака, а особенно Чичибабина и Евтушенко, он ослепляет потоком страсти, разгоном и полетом души, бросая трагические рефлексы на палитру счастливых красок. Легко представить, чем убеждал актер в ролях Ивана-царевича, Леля и дорогого ему дебюта в Харькове - Жак-простак («Кот в сапогах»), где Горбунов был красавцем с мушкетерскими усами и бородкой.

Его голос давно уже не принадлежит одному только театру. Постоянный «Голос 7 канала», кроме того, несколько лет звучал на Оникс-радио и везде приносил В. Горбунову признание и награды. Отмеченный в числе лауреатов «Харьковчанин года – 2006», Горбунов – действительно популярный в городе актер, с его изображением встречаешься на рекламном баннере, а с его киногероями на экране (фильмы А. Богатого, И. Лузина).

Можно жалеть о наметившейся было в его карьере, но несостоявшейся роли Мастера в спектакле родного харьковского театра. Можно сетовать, что Горбунову не суждено было с присущей ему глубиной сыграть Хиггинса (в современной трактовке Е. Гимельфарба – не «его» акценты). Можно только догадываться, во что ему обходятся десятилетия простоя в отсутствие совместных с интересной режисурой «прорывов» к себе, новому. Все же я радуюсь за Владимира Горбунова, который, однозначно – из породы сильных личностей. Не так давно он в считанные дни вошел вместо заболевшего исполнителя в серьезную роль, безукоризненно справившись с ней на уровне давно занятых в спектакле коллег. Дисциплина воли, высокая планка школы учителей дается ему непросто. Но он по-другому не умеет. Театром и для театра Владимир Горбунов живет, себя им проверяет.

Коваленко Юлия, театровед / 2010